Книга«Наш старый добрый Вавилон. Прогулка по городу» уже в продаже
«Историйки» на Facebook

«Историйки» на карте Минска

Людмила Красовская, директор «ТВОЯ СТОЛИЦА·АГЕНТСТВО НЕДВИЖИМОСТИ»:«Нам очень приятно участвовать в проекте «Минские историйки» и публиковать эти рассказы на страницах нашего блога. Дело в том, что «ТВОЯ СТОЛИЦА» работает с недвижимостью Минска уже больше 18 лет. Город, где мы родились, дома, в которых мы выросли и живем, люди, которых мы хорошо знаем — все это для нас очень личное. И «историйки» — это возможность посмотреть на Минск с новой, необычной стороны, и подарить этот взгляд читателям нашего блога!»

 

Новые историйки


  • Тайна старых часов, или Семейная историйка
    Толчком к написанию этой историйки стала установка мемориальной доски на стене лошицкой усадьбы в октябре 2015 года. Пусть и на карте историйка будет привязана к Лошице. По семейной легенде, много лет назад мэр Нью-Йорка Фьорелло Ла Гуардиа снял с руки часы и подарил моему дедушке. Часы эти и до сих пор хранятся у нас в семье, но историю их никто из родных не знает. Недавно, в очередной раз наткнувшись на них в ящике стола, я решил разобраться, когда и при каких обстоятельствах могли встретиться глава самого богатого города мира и мой скромный дедушка.

  • Купальские красавицы-2, или Эротическая историйка о минских экскурсоводах
    В конце 1980-х или в начале 1990-х я написал рассказ о купальщицах скульптора Аникейчика — тех, что стоят за спиной у Янки Купалы в парке его имени. Экскурсоводы охотно пересказывают эту историйку: я не раз наблюдал, как устроившись в опасной близости от бронзовых девушек, они рассказывают экскурсантам, каких трудов стоило скульптору создать свой шедевр. Как сначала он выбивал из министерства культуры разрешение — девушки-то голые! Как потом добивался, чтобы их в таком виде выставили под небом нашего пуританского города. И как, наконец, насмехалась над скульптором и его творением партийная чернь!

  • Прогулка восьмая. По следам одной казни
    Эта прогулка с самого начала складывалась необычно. А если быть точным, то даже до начала! Раньше мне приходилось уговаривать художника Наливаева отправиться бродить по Минску, и, как правило, прежде, чем согласиться, он долго отнекивался, ссылаясь на возраст или еще что-то. А тут получилось ровным счетом наоборот: чуть не с начала года Анатолий Александрович повторял, что у него есть долг перед минчанами, названивал мне, раз за разом жалуясь, что Хатынь увековечили легендой, памятником и всемирной известностью «всего» за полторы сотни погибших, тогда как 300-тысячный, до войны, Минск за три года оккупации превратился в город с населением в 28 тысяч жителей. То есть, потерял 90% горожан. И нет памятника погибшим минчанам!

  • Любовь под знаком Сиона, или Историйка о первой партии, первом съезде и таинственном доме
    Созданная в июне 1901 года в Минске Еврейская независимая рабочая партия стала первой легальной политической партией в Российской империи. Ни больше ни меньше. Принято считать первыми, зарегистрировавшими свою партию, кадетов. На самом деле, кадеты, как октябристы, монархисты и многие другие, получили официальную регистрацию во время первой русской революции. А началось все именно с партии Мани Вильбушевич в Минске!…

 

Архив минских историек


  • Проклятие Рычащего Льва, или Историйка о минских наводнениях

    В предпоследнюю пятницу марта 1888 года уровень воды в Свислочи начал подниматься. Храмовые колокола забили набат. Женщины бросились складывать вещи. Мужчины брали что потяжелее, дети — что полегче, вместе носили вверх по соседям аж к усадьбе Ваньковича, а отнеся немедленно шли за новой поклажей. Всем еще слишком хорошо помнилось, как куролесила Свислочь за пару лет до этого…


  • “Кукушечка”, или Очень детская историйка

    Первый раз с «кукушечкой» я встретился еще до школы. Именно так, ласково, моя бабушка называла черный паровозик, возивший несколько вагонов по кругу вблизи парка Челюскинцев. Мы стояли на перроне в окружении еще десятка бабушек и внуков и вглядывались вдаль, за сосны — оттуда должен был показаться состав…


  • Братское кладбище, или Орнитологическая историйка

    Старые минчане помнят, что неподалеку от места, где сходятся Долгиновский и Старовиленский тракты, когда-то шумел птичий рынок. В торговых рядах можно было купить не только попугайчиков и канареек, но и призывно виляющую хвостом дворнягу, и дымчатого кота с намеком на предков из Сиама, и молочного поросенка, и цыплят, и даже козу. Стояли там всегдашняя толчея, и шум, и всяческое мычание. Это было одно из самых живых минских мест. И мало кто знал, что на самом деле это место мертвое…


  • Дорога к Яме

    Завтра в полдень, как и каждый год на 9 мая, я пойду на Яму. И, как всегда в этот день, там соберутся сотни минчан. Я буду бродить по кромке уходящего в землю конуса и всматриваться в лица. Буду останавливаться, узнавая знакомых, вскрикивать и обниматься: кого-то не видел год, а кого-то десятки лет. Буду с горечью узнавать, кого за минувший год не стало, кто болеет и не смог прийти…


  • Высокая музыка, или Историйка о первом небоскребе

    После войны консерватория, музыкальное училище и специальная школа-одиннадцатилетка размещались в Доме губернатора. А над всем этим музыкальным хозяйством властвовал бессменный директор Израиль Григорьевич Герман. Утро каждого дня Израиль Григорьевич встречал у входа в бывший губернаторский дом с огромным ключом в руке. При появлении в дверях очередного опаздывавшего ключ угрожающе взлетал и, пока вращался в воздухе, грозный директор, не глядя на бедолагу, произносил всего одно слово — опаздываем-м-м!..


  • Прогулка шестая: мечта о мечети

    Когда-то в Минске жили татары. Живут и сейчас. Разница в том, что прежде у минских татар было свое место. Называлось оно Татарской слободой или Татарским предместьем. Посреди предместья возвышалась замечательно красивая мечеть, из города к ней вела Большая Татарская улица. С другой стороны подходила тоже Татарская, но только Малая. А рядом аж до самой Свислочи широким зеленым ковром лежали Татарские огороды…


  • Прогулка пятая: по Советской, по Проспекту…

    Мы с Анатолием Александровичем Наливаевым в очередной раз вышли на прогулку. На сей раз — вдоль Проспекта. Впрочем, в ту послевоенную пятилетку, куда мы попали, Проспект еще был улицей. И называлась та улица Советской. Проспектом она стала в 1952 году, когда на Центральной площади поставили памятник Сталину. Вот туда-то — с запада на восток — мы и направляемся. И мой спутник продолжает рассказ…


  • Прогулка четвертая: от Холодной синагоги к университету марксизма-ленинизма

    От площади Свободы к Немиге шла улица Школьная. Имя ей, скорее всего, дал четырехклассный хедер — начальная еврейская школа, находившаяся внизу, у самой Немиги. Хедер стоял возле Холодной синагоги — самого древнего здания Минска. Его снесли первым, ее — следом…


  • Прогулка третья: по Верхнему городу

    Продолжаем гулять по Минску с Анатолием Александровичем Наливаевым. По Минску, который живет на картинах, но которого давным-давно уже нет на самом деле. Нет на самом деле? А может быть нет того, в котором построены Кемпински, дом Чижа, дворец Республики, а этот — который в сердце — жив?


  • На Комаровке

    До войны наша семья жила на Цнянской, там, где сегодня магазин «Горизонт». Институт физкультуры был центром Комаровки. Внутри находился один из двух городских бассейнов, рядом — здание деревообделочного завода, куда в 1939 году перевезли из Вильнюса завод «Электрим» — будущий «Горизонт». А еще здесь была трамвайная остановка. Трамвай ходил через весь город — от вокзала до Сельскохозяйственной выставки, на нынешнюю площадь Калинина.


  • Город в картинах

    14-летним мальчиком, сразу после войны, он пришел во Дворец пионеров в студию к Сергею Петровичу Каткову, и учитель, обнаружив у ученика феноменальную зрительную память, немедленно нашел ей применение. Толя Наливаев, как заправский разведчик, отправлялся в назначенный минский угол, вглядывался и запоминал пейзажи своего разрушенного города — города, в котором запрещено было не только фотографировать, но и рисовать с натуры! — и, вернувшись в студию, переносил их на холст. В результате сегодня мы имеем десятки картин с видами Минска, которого нет…


  • Плац Наполеона, или Историйка о наивном полковнике

    15 августа 1812 года французский говор в Минске звучал слышнее, чем в любой другой день того далекого французского лета. На площади напротив дома губернатора, казалось, даже воробьи щебетали на галльском наречии…


  • Романс в камне, или Историйка о непостоянном постаменте

    Ерухим, Мордух, Гирш… Герои этого рассказа со своими архаичными, почти сказочными именами словно вышли из темноты прошлого, чтобы рассказать продолжение историйки о сносе еврейского кладбища — еще один сюжет о камнях и о людях. Вернее, об одном камне и об одной семье: о постаменте, на котором сменилось четыре памятника, и о семье минского городского каменотеса Абрама Спришена, который этот постамент изготовил…


  • Кричащие плиты, или Историйка о минском Геродоте

    Человек умирает, и что происходит потом, никому не ведомо. С камнями иначе: умерев, камень обязательно воскреснет, станет другим, изменится до неузнаваемости, но при этом останется камнем. Минские здания 1930-х годов несут на себе — в самом буквальном смысле — многовековую историю. Гранитные плиты, которыми они облицованы, могут рассказать о тех, кто жил в нашем городе и век, и три века назад. Надо только уметь слушать их голоса.


  • Историйка о том, как у нас украли туалет — без всяких «или»

    Когда я дошел до историйки о туалете, мой приятель не выдержал и закричал: Ну уж это ты врешь! — Я обиделся. — Что значит, вру? Вот он — перед тобой. В этом домике в стиле позднего рококо сейчас кассы, а прежде был туалет. Сюда даже члены ЦК ходили по нужде. — Нет, в это я как раз верю, — чуть умерил свой пыл мой экскурсант. — А легенду вы у нас стащили…


  • Сонка – член горсовета, или Футуристическая историйка

    29 января 1925 года в 14:30 в квартире председателя Совнаркома БССР Иосифа Александровича Адамовича зазвонил телефон. Председатель вышел в прихожую, оставив за обеденным столом свою жену Софью Сергеевну Шамардину вдвоем с величайшим пролетарским поэтом Владимиром Владимировичем Маяковским.
    Повисла неловкая пауза…


  • Лошадиная фамилия, или Историйка о сокровищах последнего русского царя

    После войны в доме номер 32а по улице Энгельса публика жила непростая. Министры, партийные чиновники… Тем удивительнее был скандал, разыгравшийся летним вечером во внутреннем дворике. Полная грубоватая женщина с балкона кричала женщине помельче: Эй, Былинская от слова кобыла, скажи своей домработнице, чтобы белье на мои веревки не вешала. Сброшу!…


  • Энеке-бэнеке, или Историйка о конце света

    Историйки, как правило, случаются в Минске. Поэтому и называют их Минскими историйками. Но бывают исключения. В 2012 году, согласно майянскому календарю, должен был наступить конец света. Мне хотелось побольше узнать о нем из первых рук, от самих индейцев-майя. И я поехал — в Мексику, в Гватемалу и в Белиз. Вот в Белизе и приключилась, наверное, самая необычная Минская историйка, которую я только мог вообразить…


  • Кафе «У Наума», или Историйка о славе и забвении

    В Париже литераторы собирались сначала в «Прокопе», потом во «Флоре». В Санкт-Петербурге местом встреч была «Бродячая собака». В Вене — «Хавелка». В Нью-Йорке литературный люд и поныне тусуется в «Русском самоваре» на Манхэттене. В Минске собирались у Наума…


  • И снова башенка, или Историйка о том, как поссорились Цанава с Королем

    Башенку, гордо возвышающуюся над зданием КГБ, минчане давно уже называют башенкой Цанавы. Говорят, что тогдашний министр госбезопасности БССР Лаврентий Фомич Цанава лично приказал архитектурному начальнику Владимиру Адамовичу Королю дорисовать ее на уже готовом чертеже. И, заметив на лице архитектора попытку возразить, сурово сказал: «Ты у себя король, а здесь король я». В результате той встречи и появилась всем известная башенка…


  • Историйка о том, как Минские историйки стали книгой

    Три года назад я опубликовал первую Минскую историйку в Фейсбуке и в блоге «Твоей Столицы». В то время никто не пытался изобразить меня в виде памятника. Теперь все изменилось, и я выгляжу примерно так…


  • Музей ничьего имени, или Историйка о народной памяти

    Храм Марии Магдалины был построен на Сторожевском кладбище в 1847 году. При советской власти его превратили в склад, но в отличие от других культовых сооружений приспособили не под удобрения или стройматериалы, а под архив кинофотодокументов. Это помогло ему сохраниться и дойти до горбачевской перестройки, пусть без куполов, но в хорошей форме…


  • Врата города, или Историйка о чудесах и тайнах

    Мы не хуже киевлян и не беднее римлян — наша легенда, по мне так, даже более красивая и необычная! Там чародей Менеск, поселившись при впадении Переспы в Свислочь, строит чудо-мельницу, которая по ночам вместо зерна мелет камни. Зачем? Никто не знает. Но грохот при этом стоит такой, что не спится ни человеку, ни зверю на сто верст вокруг…


  • Черный обелиск, или История об антисоветском памятнике

    Этот рассказ должен был появиться месяц назад, к 70-ой годовщине уничтожения Минского гетто. Я тянул с публикацией: старался отыскать фотографии тех, благодаря кому возник Черный обелиск; тех, кто стоял стеной, когда его пытались снести; тех, кто навек уезжая, приходил сюда прощаться с городом, чтобы отсюда отправиться на вокзал…


  • Вместо предисловия, или Такая минская историйка

    В середине ХIX века Минск, хоть и был губернской столицей, оставался небольшим провинциальным городом. В самом его центре, на Соборной площади, располагались государственные учреждения, здесь же стоял цирк-шапито. Возле пестрого шатра цыган Василий за копейку поднимал барышень и кавалеров над городом на воздушном шаре…


  • Забытое здание, или Историйка о минской элите

    В 1932 году строительство Дома на набережной в Москве было завершено. Для элиты в других крупных городах решено было «построить в двухлетний срок 102 дома с общим числом квартир 11500». Так было сказано в соответствующем постановлении партии и правительства. Новые жилые комплексы назвали Домами специалистов. В Минске элитный дом проектировала свежеиспеченная выпускница Ленинградского института гражданских инженеров Наталья Маклецова…


  • Загадочный снимок, или Историйка о свободном духе

    Я опять и опять возвращался к фотографии и вглядывался в лица, пока не понял, что будущих батюшек представляю как-то иначе. Взгляды у этих — не смиренные: прямо в глаза смотрят, как какие-нибудь народовольцы. А в руках у сидящего в центре юноши и вообще журнал с обнаженной барышней на обложке! И все это напоказ, демонстративно — чтобы ни у кого не осталось сомнений в нигилизме студентов…


  • Призрак в центре города, или Американская историйка

    В центре Минска есть здание, которое никто никогда не видел. Точнее, никто, кроме тех, кому его показывали насильно: их привозили на эту — для многих последнюю — экскурсию в «черных марусях», вводили в неказистое сооружение, отдаленно напоминающее силосную башню, и дальше следы большинства экскурсантов терялись…


  • Актер и машина, или Чисто еврейская историйка

    Вообще-то Соломон Михоэлс к Минску отношения не имел. Жил он в столице и был всемирно известным актером и режиссером. Был он настолько знаменит, что, когда началась война и наши отступили к Москве, Сталин вызвал его к себе и сказал…


  • Криминальный квартал, или Медицинская историйка

    С давних времен участок между улицами Петропавловской и Губернаторской назывался Африкой. Не ищите необычного имени на старых картах, его там нет. Зато присутствует оно в полицейских донесениях столетней давности — место было небезопасное…


  • Сокровища пожарного депо, или Музейная историйка

    Во всяком городе есть свои заговоренные места. Там вечно лопаются струны у скрипок, сам по себе, как шальной, вертится проволочный контур, ночами бродят колеблемые ветром привидения и с тоской просят закурить у припозднившихся прохожих. У тех же, кто живет неподалеку, по утрам ноют золотые зубы и непременно выкипает кофе…


  • Царица-литвинка, или Великосветская историйка

    Есть в Минске здания, о которых не то, что историйки сочинять, упоминать не хочется! Например, Дворец Республики. Писать о нем рука не поднимается, но и не обойти никак — и не только потому, что размером велик! В его стенах обитают сотни привидений, и каждое требует своей мемориальной доски. «Здесь стоял…», «Здесь была…», «Здесь жили…» — вот что на них должно быть написано! Обо всех не рассказать, а одну пропустить ну никак нельзя…


  • Топографическая месть, или Историйка о нерушимом братстве

    Белорусы и украинцы, конечно, братские народы. Но не совсем. И отношения между ними не всегда были идиллическими. Вспомнить хотя бы матчи минского и киевского «Динамо»! Так то футбол — игра миллионов… В играх же, которые вели партийные вожди, соперничество было куда жестче футбольного. Только оставалось оно невидимым широким массам. И лишь однажды, объясняя журналисту, отчего Минску никак не присвоят звание «город-герой», Машеров проговорился…


  • Наталевич из Королищевич, или Железнодорожная историйка

    Есть историйки компактные, где действие лаконично, а место и время, как в классической драматургии, едины. Есть другие. В них сюжет, как в романе, насыщен героями и носится по странам и временам, словно границ и вообще не существует. Эта как раз из таких. Глотая версты и годы, движется ее замысловатый сюжет. Как паровоз — от станции к станции…


  • Хоккей под закрытым небом, или Историйка про гений и злодейство

    В 1962 году решили построить в Минске Дворец спорта — такой, чтобы можно было бегать на коньках и самым жарким летом. Решить-то решили, но возникли сложности: в хрущевскую пору на всем пытались сэкономить и, как следствие, обязательно совмещали что-то с чем-то еще…


  • Паўстань пракляццем катаваны, или Историйка о нехорошем съезде

    Домик — самая большая минская достопримечательность. Когда-то, в конце позапрошлого века, сюда съехались делегаты из разных концов Российской империи, чтобы создать партию, которой предстояло перевернуть мир…


  • Жизнь за скобками, или Историйка о заповеднике в центре города

    Круглая площадь (сейчас ее называют площадью Победы) строилась так, словно кто-то надумал закрыть скобки в длинном и радостном предложении и оградить рафинированный городской центр от нездорового влияния окраин…


  • Афоризмы от Сарноффа, или Телевизионная историйка

    До 30-х годов ХХ века человечество жило, где придется, а потом стало жить у телевизора. И первыми вжались носами в голубые экраны американцы. До Минска, расположенного вдали от эпицентра мировой цивилизации, божественный свет телевизионной трубки долетел лишь через четверть века. Однако без участия минчан мир встретился бы с музой ТВ много позднее…


  • Мифы 3 июля, или Историйка о забытых героях

    Минск сдали практически без сопротивления. Партийное руководство бежало, бросив горожан. Военное командование в бездействии наблюдало, как на земле факелами вспыхивают краснозвездные самолеты. Но война складывается из отдельных эпизодов. И среди них есть такие, которые заставляют на время забыть и о трусости правителей, и о непрофессионализме командиров…


  • Приказ старого подрывника, или Историйка с мистическим концом

    В 2010 году Красному костелу исполнилось сто лет. А могло и не исполниться — просто не было бы юбиляра! Экскурсоводы показывали бы на место справа от Дома правительства и сообщали: «Когда-то здесь стоял красавец-костел. Его взорвали»…


  • Шпионы в «Синеокой», или Математическая историйка

    С иностранными преподавателями Белгосуниверситета были связаны удивительные истории. Одна из самых необычных — о том, что в начале 30-х годов в Минск собирался приехать на работу сам Альберт Эйнштейн. И не вина ученого, что его альянс с белорусской наукой не сложился…


  • Старая гостиница, или Историйка о мемориальной доске, которой пока нет

    На стенах минских зданий висят сотни мемориальных досок — исторических, героических, коммунистических… Всех их объединяет то, что посвящены они людям или событиям, имевшим, по мнению городских властей, важное значение для города…


  • По Потемкинской лестнице, или Историйка о потерянной любви

    Много лет назад участок улицы Карла Маркса, спускавшийся к реке, минчане называли Потемкинской лестницей. Это и была длинная лестница со ступенями и скульптурами вдоль покрытой брусчаткой мостовой. Скульптуры снесли в конце 50-х, ступени выровняли и залили асфальтом…


  • Рихтер с Чуковским, или Историйка о минском гостеприимстве

    Минчане удивительно гостеприимные люди. Случается, приезжие обратятся к ним на улице — как, мол, пройти в ресторан, скажем, «Неман», а они в ответ: «Неман»? Так его же сто лет как нет… Идемте, мы вам покажем правильное место!» И ведут, и показывают, а потом кормят-поят, да еще перед тем, как отправить восвояси, от всего сердца благодарят. И так во всем. Особенно минчане любят работников искусства…


  • «Ты потри его немножко», или Брачная историйка

    В каждом уважающем себя городе есть бронзовая статуя, отмеченная особым вниманием горожан. Точнее, даже не вся статуя, а небольшая ее часть: хвост русалки или борода Карла Маркса, пуговица на пальто у Тургенева или грудь Дианы-охотницы. Полюбившееся народу место видно издалека: отполированная ладонями бронза ослепительно сверкает на солнце…


  • Робкий Командор, или Историйка времен перестройки

    Перестройка, начавшаяся во второй половине 80-х годов, была удивительным, ни на что не похожим временем. Кто был ничем, в один момент становился кооператором. Другие же, наоборот, ложились спать всевластными начальниками, а просыпались обычными пенсионерами. Но не только с людьми происходили подобные чудеса перевоплощения. Не в меньшей мере перестройка коснулась и памятников…


  • Что немцу здорово… или Историйка о потерянном электричестве

    Электростанцию №1 минчане называли «Первой», потому что до нее электричества в городе не было. А еще – «Эльвод»: она несла минчанам не только свет, но и воду. Участок для станции был выбран неслучайно – за четверть века до ее пуска в этом самом месте, рядом с деревянным мостом, за которым начиналась заречная часть города, были пробурены тридцатиметровые водяные скважины, питавшие минский водопровод…


  • Похищенный мальчик, или Античная историйка

    В 1874 году квартиры в центре Минска резко подорожали. И все из-за того, что в городе заработал водопровод. По этому поводу в Александровском сквере, разбитом за несколько лет до события, приравнявшего Минск к Риму и прочим крупным городам, был сооружен фонтан со скульптурным изображением мальчика, обнимающего за шею лебедя…


  • Наши в Америке, или Чисто бандитская историйка

    Америка стоит на трех китах. И все три, как известно, белорусские. Голливуд создал минчанин Лазарь Меир, радио, а потом и телевидение «раскрутил» Давид Сарнов из Узлян, что под Минском, а мьюзиклы и знаменитый театральный Бродвей — родившийся в Могилеве Израиль Бейлин. При этом о четвертом ките Нового Света — могущественной американской мафии — предпочитают молчать. А он, как ни удивительно, тоже родом из наших мест…


  • Потрясенный Гиннесс, или Историйка о сокровищах соцреализма

    Борьба за установление и созидание социалистического общества закончилась известно чем. Вместе с ней закончилась и эпоха социалистического реализма. И здесь, как в любой другой эпохе, от трагического до смешного один шаг. Как, впрочем, и наоборот…


  • Юбилейный альбом, или Историйка о вреде алкоголя

    В архитектуре, как в песенном творчестве, порой рождаются такие строения, которые можно назвать народными: об их создателях все давно позабыли, а вот город без них представить невозможно. Они — меленькие и неприметные — возникают, как спутники чего-то главного, а со временем сами становятся чуть не главными персонажами городского пейзажа…


  • Безумная филология, или Историйка под Рождество

    Город, в котором нет городских сумасшедших, не менее скучен, чем джаз без импровизации. Потому что те, кто шагает не в ногу, нередко куда интереснее нормальных, марширующих строем сограждан…


  • Пятнадцатый председатель, или Историйка о законах архитектуры

    Лаврентий Фомич Цанава был 15-м по счету начальником учреждения, которое после него стало называться Белорусским КГБ. Цанава руководил органами 14 лет — ни прежде, ни потом никому не удавалось так долго удержаться на этом непростом месте…


  • Серенада Дон-Кихота, или Историйка об одном юбилее

    В каждом уважающем себя городе должен быть цирк. В Минске циркачи впервые появились в 1853 году. Ровно сто лет они мыкались со своим шапито по всему городу, а на сто первый город решил построить для них зимний манеж…


  • Особенности национального строительства, или Историйка о Вавилонской башне

    Году примерно в 32-м, в самый разгар сталинского классицизма, надумал ленинградский архитектор Лангбард построить в Минске театр оперы и балета. Под белорусский храм искусств выделили изрядный кусок земли на Троицкой горе, в самом центре города…


  • «Черные дыры» нашего города, или Историйка с хорошим концом

    Знаменитый английский физик Стивен Хокинг впервые встретившись со своим суперзасекреченным советским коллегой Зельдовичем, лишь покачал головой и растерянно сказал: «До того, как я встретил вас здесь, я считал, что вы „коллективный автор“…»


  • Идеология в камне, или Историйка о прототипах

    В 1970 году в «Литературной газете» была напечатана статья, посвященная Жоре Клебанову. Жора Клебанов в то время работал в «Чырвоной змене». Попасть на страницы всесоюзной «Литературки» для молодого провинциального журналиста было большой честью…


  • «Как корабль назовете…», или Историйка о минской топонимике

    В Главном архиве КГБ (ныне — ФСБ) в Москве хранится телеграмма, посланная 14 марта 1923 года тогдашним заместителем начальника ГПУ Белоруссии тов. Швецом. В телеграмме говорится о раскрытии немецкой агентурной сети в Минске. За скупыми словами донесения не разглядеть деталей проведенной операции. А она заслуживает отдельного рассказа…


  • Гласность по-советски, или Историйка о башнях-близнецах

    Во дворе на углу Козлова и Проспекта стоит стометровая железная башня, на вершину которой раз в году с риском для жизни взбираются отважные работники совместного предприятия «Белсел» и что твои Егоров и Кантария над рейхстагом вывешивают гигантское красное знамя Победы…


  • «Вокзал и окрестности, или Литературная историйка

    15 ноября 1871 года под аплодисменты приглашенных и зевак от только что построенной пассажирской станции одновременно отошли два поезда. Один направился к Москве, другой — к Бресту…


  • «Все промелькнули перед нами, все побывали тут» или Канализационная историйка

    Некоему архитектору помещик заказал проект усадьбы, а за работу не заплатил. В отместку архитектор построил в Александровском сквере туалет, как две капли воды похожий на помещичье жилище…


  • Самое главное здание, или Историйка о недолговечности власти

    Народ и власть — тема вечная. В мирное и военное время она раскрывается по-разному…


  • Музыкальная ссылка или Историйка о том, как довоенная песня стала памятником в минском парке

    После войны неподалеку от моста через Свислочь — там, где позднее возникнет ресторан «Журавинка» — стоял двухэтажный многоквартирный дом Музфонда. В нем жили известные белорусские композиторы Тикоцкий и Лукас. В 1949 году их соседом стал автор знаменитого «Орленка» Виктор Аркадьевич Белый…


  • Бег по кругу или Историйка о нездоровом футболе

    «Кафе «Пингвин» поставили в начале семидесятых на том месте, где до войны стояла лучшая в Минске гостиница «Европа». Было оно похоже на застекленный павильон, оттого и называли его «стекляшкой»…»


  • Историйка о том, как известного архитектора чуть не сделали изменником родины

    В конце 30-х годов, прямо напротив входа в парк Челюскинцев, началось строительство двух домов для офицеров воинской части, стоявшей на месте завода им. Вавилова. Одновременно на въезде в город, где сейчас находится часовой завод, планировали построить здание штаба округа. Планировали, но не построили…


  • Откуда Стивен Спилберг знает легенды нашего города?

    В 1986 году еще не классик, но уже известный режиссер Стивен Спилберг выступил продюсером мультфильма «An American Tail» — «Американский хвост». Его действие происходит на окраине Российской империи в самом конце ХIХ века…


  • Как «отец народов» решал судьбу Минска

    В 1948 году архитекторы Парусников и Король подготовили план реконструкции Центральной площади. На плане в центре площади стоял массивный памятник Сталину…


  • Чисто советский смех: о демонстрации одного конфуза

    Случилось это на демонстрации трудящихся в 1978 году. Как обычно, демонстранты должны были пройти от площади Ленина по Ленинскому проспекту мимо трибун на Центральной площади…


  • Купальские девушки

    Скульптор Аникейчик впервые в истории советского монументального искусства запечатлел в металле и выставил на всеобщее обозрение обнаженное женское тело. Точнее, два тела…


  • Письмо из прошлого, или 1+1=3

    В архитектуре случаются казусы: проект придумывает один архитектор, а через годы в путеводителях появляется имя совсем другого. Так вышло и с минским почтамтом…


  • Страшная месть

    В 1977 году по инициативе писателя Букчина, долгое время занимавшегося декабристами, белорусские власти приняли решение увековечить память Никиты Михайловича Муравьева…

Историйки на карте Минска